Підтримати

«Ласкаво просимо»: про альтернативну виставку у майстерні

20 квітня 2021 року в просторі майстерень на Олегівській художниці Катерина Алійник, Дар’я Майєр та Ліза Смірнова провели відкриття одноденної виставки «Ласкаво просимо». Художниці запросили друзів, приготували багато їжі та облаштували місця для сидіння. Вони відібрали роботи, які ще не були виставлені, але які хотілося показати на своїх умовах, поза інституційними вимогами та очікуваннями. Мисткині пропрацювали втому від теорії і обійшлися лаконічним описом об’єктів, а замість відчуженої презентації робіт влаштували прецедент для зустрічі друзів та нових знайомих. Про досвід самоорганізації, проблеми виставкової інфраструктури та зручність мистецтва розпитав Олексій Мінько:

Вигляд експозиції «Ласкаво просимо». Фото: Маша Роза
Вигляд експозиції «Ласкаво просимо». Фото: Маша Роза

Розкажіть про те, чому для вас було важливим досягти глядацького комфорту? Чим не зручні інші виставки?

Катерина Алійник: Все заметили недостаток мероприятий, общения или повода для встреч на карантине в целом. И тут возникла идея с комфортом. Такой гибрид между выставкой и приглашением друзей в гости, где мы решили провести параллель между комфортом буквальным и комфортом в художественной среде, о котором мы мечтаем и хотим помогать его строить.

Дар’я Майєр: Да, хотелось пригласить друзей пообщаться, показать работы. В моей мастерской мы оформили экспозицию из работ, сделанных нами за последние полгода, а также приготовили угощения и места для сидения.

Ліза Смірнова: В галереях действительно не хватает комфортных мест для зрителя, а это очень влияет на восприятие работы. Например, чаще всего досматриваешь видео-работы в залах, где есть посадочные места.

К. А.: А если на открытии есть алкоголь, то его нечем заесть. И вот такие элементарные вещи мы решили доработать, создав среду, где посетитель чувствует себя желанным гостем, и все располагает к тому, чтобы задержаться подольше и, соответственно, лучше рассмотреть работы.

Л. С.: Отсюда и название — «Ласкаво Просимо!». 

Д. М.: В общем, мы стремились к максимально комфортному существованию участников и гостей на всех уровнях.

Катерина Алійник, «Краплі». Фото: Анна Івченко

Що послугувало каталізатором для звернення до теми утилітарності мистецтва?

Л. С.: Мы сошлись на том, что сейчас для нас очень важно создавать объекты, воплощать в материале идеи.

К. А.: В разговорах у меня возникла шутка: если искусство не обеспечивает меня материально, пусть оно обеспечит меня материальным. Я его создаю и хочу его как-то использовать, чтобы оно меня поддерживало в быту. Я сделала капли для кровати, подсвечники, и на выставке они использовались по назначению. Можно было взаимодействовать с частью работ тактильно, напрямую. 

Д. М.: Когда я доделала свою работу с тканью, стало понятно, что она похожа на штору или ширму, и после выставки я решила дальше так использовать ее в мастерской. Приятно, когда работу не приходиться сразу прятать на полку после выставки.

Л. С.: Я помню, как Катя говорила о состоянии, в котором трудится, чтобы развлечь себя. 

К. А.: Точно! Обсессивный труд. Чувствовался разрыв между желанием создавать объекты и какой-то вынужденностью создавать смыслы. Я обратилась к разным ремеслам, так как очень хотелось что-то поделать именно руками и перед собой за это не оправдываться.

Катерина Алійник «Непередбачувана погода», Дар'я Майєр «Фрагменти мови закоханого»
Катерина Алійник «Непередбачувана погода», Дар’я Майєр «Фрагменти мови закоханого»

Л. С.: Как у модернистов. В начале у них возник интерес к разным материалам. Например, когда Вильям Морис делал разные шторы и обои. Художники, которые делают для себя всё.

К. А.: Но у нас это было не про революционный жест, а о том, что ты естественно ищешь пользу и комфорт от объектов. Мы хотели сбавить для себя градус ответственности художника. Хотели развлекаться — такая вот банальная причина.

Ліза Смірнова «Парк Юрської Перемоги»
Ліза Смірнова «Парк Юрської Перемоги»

Ви хотіли звільнитися від вимоги постійної концептуалізації?

Л. С.: Я не думаю, что без концептуальной нагрузки получится. Скорее, это наша личная попытка победить самоцензуру.

К. А.: Из-за того, что мы пытались продумать каждое микрорешение, в какой-то момент всё стало слишком серьезным и создание работ перестало приносить удовольствие, превратилось в напряжную рутину.

Д. М.: Немного утомила привязка к серьёзным темам как оправдание того, что ты делаешь, и для нас стал важен побег в сторону освобождающих практик, приносящих удовольствие.

«Ласкаво Просимо!», фуршет на відкритті виставки. Фото: Маша Роза
Фото з відкриття виставки «Ласкаво просимо». Фото: Маша Роза

Як альтернативна, так і академічна освіта нав’язують певні траєкторії, методи і принципи, хоч і в різний спосіб. Чому ви просто не можете слідувати пропозиціям однієї зі сторін?

К. А.: Мы просто уже другие люди. Один из примеров, что если старшее поколение проложило магистраль, то нам троим интереснее работать с ответвлениями. Не вперёд, а вбок. Плюс, у художников нашего поколения уже с самого начала был доступ к информации о деятельности всех прошлых и нынешнего поколений художников — все лучшие примеры.

Д. М.: Появляется ощущение, что нужно сразу им соответствовать. Поэтому мы выбрали темы, в которых, на наш взгляд, ошибка не так критична.

Л. С.: Хотелось сначала себя поискать, а не сразу — делай так, или так.

К. А.: Иногда мы забываем, что информация не формирует опыт без практики. Мы действительно молодые начинающие художники, и почему бы нам не поэкспериментировать и не попробовать разное?

Яку роль в зверненні до утилітарності мистецтва грає ваш досвід навчання в академії?

К. А.: Всегда во время учебы в академии было мало денег и приходилось собирать любые материалы, которые могут пригодится. Каждая мелочь несла свой потенциал для использования.

Л. С.: Да, появилась такая привычка собирать всё и делать из этого работы.

Д. М.: Повторно использовать. И с навыками так же. Не всегда понимаешь, зачем обращаться к классическим медиа сегодня. Возникает необходимость, чтобы этот навык живописи не пропадал зря, как и материалы.

Дар'я Майєр «Біографія», Катерина Алійник «Люди і дельфіни». Фото: Анна Івченко
Дар’я Майєр «Біографія», Катерина Алійник «Люди і дельфіни». Фото: Анна Івченко

У тексті, що супроводжує виставку, ви пишете про базову потребу митців — потребу виставлятися. Чому ви просто не виставилися в галереї?

Л. С.: Для нас было важно провести это мероприятие как обычную практику, а не как сверхусилие. Часто нужен долгий процесс, чтобы проект куда-то приняли. И пока он проходит, ты успеваешь разочароваться в своей работе. Нам же хотелось просто использовать возможность выставиться полностью на своих условиях и спокойно к этому относится.

Можете поділитися тим, що ви знайшли під час свого досвіду самоорганізації?

К. А.: Во-первых, мы поняли, что действие лучше, чем бездействие.

Д. М.: И уверенности в себе прибавилось. Думаешь: «Да! Действительно, это возможно сделать».

К. А.: Почему мы говорим о базовой потребности? Потому что пока твои работы не выставлены, их не существует. Пока они лежат в мастерской, пока с ними никто не взаимодействует. По сути, видимость — это всё, что мы можем получить сейчас.

Д. М.: Нам хотелось сделать дружественное мероприятие…

Л. С.: …для своих напряженных запаренных друзей. И для себя. Наше событие не выходит на мегамасштабы, оно камерное для художественной среды, но для нас это важный опыт. Наша выставка вышла не только как комфортное пространство для нас и зрителей, но и как безопасное место для животных, для наблюдения за стихиями, для советских памятников и динозавров. 

Якщо ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та нажміть Ctrl+Enter.

Більше матеріалів

«Режисура — це змістовне кадрування, а робота з акторами — це територія довіри». Ліза Сміт про свій досвід режисерки та мисткині
972

«Режисура — це змістовне кадрування, а робота з акторами — це територія довіри». Ліза Сміт про свій досвід режисерки та мисткині

Режисерка Тетяна Ходаківська про фільм «Манливий, солодкий, без меж або Пісні і танці про смерть»: «Єдине, про що ми можемо говорити — це про життя»
390

Режисерка Тетяна Ходаківська про фільм «Манливий, солодкий, без меж або Пісні і танці про смерть»: «Єдине, про що ми можемо говорити — це про життя»

Повідомити про помилку

Текст, який буде надіслано нашим редакторам: