Дана Космiна: про синергію медіа, снобiзм та взаємодію з публічним простором

Дана Космина — архитекторка, художница, соосновательница анархитектурного коллектива «Пилорама», объединения «Да-стиль», которое создает модернистскую униформу, «Studiyo» — мультидисциплинарного проекта, направленного на поиск уникального опыта взаимодействия с пространством.

Дана работала с публичными пространствами в Нанте, Кишинёве, Киеве, Виннице, Славутиче и других городах. Мы поговорили с ней о работе со сценографией публичных событий, важности командной работы и городе, как местом знаний.

dana.jpg

Ты недавно вернулась из Ивано-Франковска, чем ты там занималась? 

Я подалась туда на резиденцию «We are never alone», которую курировали Metasitu, Эдуардо Кассина и Лива Дударева на предприятии Промприлад. Параллельно Аня Потемкина, кураторка визуальной программы музыкального события Detaliзація, которое проходило на предприятии Пресмаш, пригласила меня поработать с ними. Для Detaliзація я создала видео для музыкального проекта SZTVO от Pep Gaffe. 

Так я открыла для себя отдаленный от центра города завод Пресмаш. На заводе я нашла законсервированную комнату-музей предприятия, сформированную еще в 80-х годах. Это было моё исследование в рамках резиденции «We are never alone». Я стала ездить на предприятие Пресмаш каждый день и общалась с охранниками, бывшими сотрудниками, акционерами завода. Невероятно благодарна доверию и их открытости, ведь без этих людей я бы никогда не смогла понять причинно-следственную связь возникновения и исчезновения одного из самых больших предприятий Ивано-Франковска. У меня был уникальный шанс сделать видеофиксацию еще существующих, но в аварийном состоянии, цехов завода, изучить документы и чертежи, покинутые в кабинетах административного блока. Так и получилась новая экспозиция «Комната музея предприятия», которую я дополнила ее упущенными фрагментами вплоть до 2009-того, таким образом завершив ее исторический цикл.

В итоге, я представила однодневную выставку, а проходную завода открыли посетителям впервые за 9 лет. Выставка состояла из историко-аналитического блока и видео работы «Танцы на костях».

Работа над видеоциклом «Танцы на костях» — это попытка задокументировать остатки гигантов индустрий 70-80-х годов, которые исчезли в связи с рядом политических и экономических факторов.

В видео цикле «Танцы на костях» я решила сфокусировать свое внимание именно на тех индустриальных объектах, ворота которых стали открыты посетителям при помощи музыкальных событий. Я сочетаю видео фиксацию производственных цехов, личную текстовую рефлексию об истории завода и объединяю все музыкальным погружением.

Мне кажется, что если организаторы вечеринок и работают с заброшенными пространствами, то они просто констатируют этот факт, но нет осмысления.

Они бы хотели этим заниматься, но у организаторов просто не хватает на это времени. Например у Brave! Factory Festival 2019 в этом году есть всего лишь один месяц, чтобы сделать событие на предприятии Метробуд. Организаторы Brave! пригласили кураторов визуальной программы Дашу Шевцову и Олександру Погребняк, которые отобрали соответствующих контексту художников. Посмотрим, как все это сработает и сможет ли искусство не остаться только лишь декором музыкального события, а взаимодействовать с рейверами.

Сейчас меня больше интересует синергия разных медиа. Например, выставка в Довженко центре (Г. Р. Гигера «Алієнація», где Дана была дизайнером экспозиции. — ред.) объединяет искусство, архитектуру, кино. 

Ты сейчас работаешь больше с архитектурой выставок? 

Нельзя сказать, что я с чем-то работаю больше или меньше. Проект реновации Центра Олександра Довженко дал мне толчок к полноценной самостоятельной практике без офисной структуры. 

Когда  Довженко центр запуститься по проекту реновации, тогда он, с одной стороны, станет неотъемлемой частью культурной жизни города, а с другой — примером успешного сотрудничества с «соседями» — застройщиком жилищно-офисного комплекса.

Свободное время я уделяю проектам, которые мне интересны. Тяжело описывать свои роды деятельности, но это всегда что-то о публичном и о поиске форм взаимодействия с пространствами. Мне интересно все, что связано с визуальными и аудио формами искусства. Архитектура — это магический компонент который привносит синергию и дает возможность коллаборировать с притягательными для меня медиумами. Проекты в Довженко центре я ведь делаю не одна.  

О дизайне экспозиции и выставочных проектов начали говорить и задумываться в Украине не так давно. 

Об этом первый начал говорить Саша Бурлака (архитектор, дизайнер художественных выставок — ред.). Когда я с ним познакомилась, еще в студенческие годы, я поняла, что архитектура может быть очень разной и другой. Он меня вдохновил во многом. 

Саша Бурлака и Ваня Мельничук — первопроходцы всего, что стало трендом сейчас. Я благодарна больше всего этому знакомству, когда я поняла, что быть архитектором — это в первую очередь не «строить», а «мыслить», не останавливаться, а ежедневно развивать аналитическое мышление. На практике я не занимаюсь обслуживанием интересов заказчиков, а влияю на них и пытаюсь достичь лучшего качества проекта.

У нас в культурной и креативной среде много вещей, которые касаются профессий и деятельности, размываются и не имеют четких формулировок. А еще часто ты принимаешь все роли на себя. Например, куратор экспозиции — это и арт-менеджер, и дизайнер экспозиции, и автор текстов.

Я вижу в этом большую проблему. Принятие всех ролей на себя — самый большой минус, от которого нужно побыстрее избавляться.

Куратор, конечно, может этим всем заниматься, но тогда страдает качество выставки. Когда я начинаю работать с проектом, пытаюсь найти самых соответствующих людей для сотрудничества. Очень важно создать команду проекта; это целое мастерство, такому может научить только профессиональная практика.

Проблемы кураторства у нас есть во всех аудио и визуальных медиа, но и хорошее тоже присутствует. Советую рассмотреть все вариативности кураторской практики в Украине в книге, составленной Катей Носко и Валерией Лукьянец «Де кураторсво».

Мне нравятся женщины, которые занимаются кино: они делают все командно. Например, Марина Врода или Марина Рощина. В архитектуре мне импонируют проекты, над которыми работают в команде: мастерская Forma, бюро Дроздова. В музыкальных проектах — вечеринки «ШЩЦ» и «ХЖК» , «Shuffle», «Pep Gaffe», также ожидаю открытие проекта Ани Васик. Из искусства — кураторка Ксюша Малых и группа Худрада: проект не делает кто-то один, они пытаются взаимодействовать вместе. Только так структура становится комплексной и долгосрочно интересной. 

Как думаешь, почему у нас так много линейных проектов, когда один человек тащит на себе все?

Мне кажется, что это из-за отсутствия самокритики. Когда ты занимаешься всем, невозможно отстраниться и посмотреть со стороны. 

Когда я вернулась в 2016 году после учебы во Франции в Киев, я начала близко общаться с Никитой Каданом, Толиком Беловым и Алиной Клейтман. Они давали и дают мне искренние фидбеки, что помогает моим проектам. 

«Очистка»

«Очистка»

У нас отсутствует критический самоанализ того, что ты делаешь, но провалы — тоже хорошо. 

У Киева есть такая проблема, что творческие тусовки не пересекаются и не общаются между собой. А как может произойти какая-то коллаборация? Мне повезло, потому что сначала я была в архитектурной тусовке, которая довела меня до дикой скуки и подстрекнула узнать других людей, другие взгляды на жизнь. Так я начала попадать год за годом в арт, кино, музыкальные тусовки. Я пытаюсь все время знакомить всех со всеми, потому что нам нужно сотрудничать друг с другом. 

Берлин классный, потому что там много мест для синергии и пересечения. У нас таких мест мало, но это тоже неплохо, ведь поле меньше и всех проще узнать. Ты можешь жить и тусоваться или на Подоле, или на Золотых Воротах; или на публичных ивентах повстречать за вечер половину ленты своего Instagram. Но на выставках люди мало разговаривают. Замечаю, что в киевской арт-сфере очень снобическое отношение и все статусно. Хотя есть открытие и адекватные проекты, например Киевский Интернационал — Киевская биеннале 2017, организованная Центром визуальной культуры. Последняя кураторская работа Никиты Кадана — цикл выставок в Кмытовском музее.

Очень потенциальным и мало затронутым остается театр. Если он будет продолжать развиваться и появиться больше целостных и современных постановок, то он вполне может стать местом сильного притяжения.

А на музыкальных событиях проблемы снобизма я не вижу. Думаю, поэтому их популярность и растет с такой динамикой.  

dana1.jpg
dana3.jpg

Возможно, дело в музыке, которую ты чувствуешь на подсознательном уровне, и она тебя расслабляет. 

Да, я заметила, что гораздо проще происходит коммуникация и заводятся знакомства. Дело не в наркотиках, от музыки тоже можно получить приход. 

Мне кажется, что на рейвах получается снять блоки плохой урбанистической жизни. В Киеве низкий уровень инфраструктурного комфорта, много людей поглощены депрессией, потому что им просто некомфортно жить: неразвитый транспорт, дорогие цены на жилье, сжатие количества открытых публичных пространств — минусы еще долго можно перечислять, но фактом остается то, что они влияют на замкнутость людей. Это все взаимосвязи, об этом можно целые докторские диссертации писать. 

За последние 5 лет, получив доступ к большей свободе, появилась возможность влиять на городские процессы. Это хорошо, что люди выходят и открыто высказывают не только свое недовольство, но и принятие. Kyiv Pride начинался с жестких нападений ультраправых, а теперь все больше перерастает в «must be» событие, которое уже просто неприлично пропустить. Это хорошо, так как уровень безопасности в рамках одного дня проведения растет. Хочется верить, что это сможет распространиться на более продолжительный срок для того, чтоб квирность не была отдельным термином. Понимание, принятие и уважение должно входить в норму жизни города, а радужный флаг не восприниматься красной тряпкой, на которую нужно наброситься и разорвать в клочья. 

Я считаю, что сейчас в Киеве пребывает очень много знаний прямо в городе. Ведь знания можно постигать не только из книг, но и от людей. Я часто что-то записываю, что узнаю лично от людей. И это вдвойне интересно, когда пересекаются разные сферы.  

Агітаційна реклама, 2017

Агітаційна реклама, 2017

Мне кажется, что социальный капитал стал сейчас важным как никогда, мир стал намного ближе из-за социальных сетей. Хотя, возможно, из-за переизбытка виртуального общения начинаешь ценить личное. 

Дело в саморазвитии и постижении других знаний. Сейчас идет другое развитие нас, как глобальной страны. Все стало более открытым и простым. 

Самую большую силу я вижу в уходе в альтернативность. Я считаю, что и ты, и я можем стать властью. Ты как представительница медиа освещаешь мои мысли и диалоги публично, а это дает мне определенную власть, потому что мои идеи транслируются более широко. Таким образом я и другие люди, которые не из области привычной «власти», становятся властью. Чтобы у нас появилась адекватные политики, нужно еще целый цикл прожить. 

Я заметила, что у тебя достаточно оптимистический взгляд на Киев и все происходящее.

Ты не первая, кто это говорит, но негатива и так очень много вокруг. Все может измениться только с позитивным настроем и верой в свои силы. Важно верить в свой собственный потенциал.

Расскажу одну показательную историю. В Вене я работала как архитекторка экспозиции (реконструкции пьедесталов Ивана Кавалеридзе) в выставке Никиты Кадана («Проект руин» в MUMOK — ред.). В музее я могла попросить предоставить мне разные типы светильников, но, попробовав все, вернулась к первоначальному варианту; в итоге меня еще и поблагодарили за хорошее принятое решение. Это мелочи, но в Киеве такое невозможно представить. А ведь это просто об уважении к тебе как профессионалу. Важно выезжать куда-то, чувствовать, там что ты — человек. Возвращаться обратно с этим чувством и жить с ним до следующего отъезда. Надеюсь, что здесь начнут это когда-то понимать. 

Сейчас происходит некая миграция людей из других стран, с другими знаниями, которые привносят в нашу культуру другие взаимоотношения. Например, галерея The Naked Room, сооснователь которой швейцарец Марк Вилкинсон живет в Нью-Йорке и Берлине, а здесь вложил деньги в галерею. Да, возможно, их экспозиционное пространство небольшое, но они продают работы и создают определенную городскую динамику в отличии от других киевских галерей.  

tumblr_oz3yar7Sw01sfushxo10_r1_1280.jpg

Ты не скучаешь за своим проектом Пилорама?

У нас в прошлом августе был образовательный проект, когда мы объединились с Сережей Ковалевым, моим бывшим партнером по проекту. Летняя архитектурная школа, проведенная МістоДія в художественных мастерских на Сошенка 33; это емкий и удобный формат эпизодических возобновлений Пилорамы как коллектива.

Я была моложе и верила в идею, что проекты могут существовать и работать не на коммерческих условиях. Теперь я считаю, что все должно приносить деньги. Если проект не приносит денег, то он не приносит времени, чтобы этим всем заниматься. После Пилорамы мне уже не страшно делать что-то своими руками, особенно на выставках (смеется). Чтобы такой проект как Пилорама успешно существовал, нужен отдельный человек — грантописец — который бы искал деньги на существование проекта. 

Какие у тебя планы на ближайшее время?

Важным для меня событием является старт работы в синтезе архитектуры и музыки. Начали сотрудничество с Rhythm Büro над сценографией для их первого большого события «Extra» на 3 сцены, которое пройдет в двух павильонах ВДНХ. Это подтолкнуло меня объявить о коллаборации с архитектором Антоном Касперским и запуске нашего проекта «Studiyo», направленного на «temporary architecture, physical perception» — «временную архитектуру, физические восприятия».  

Параллельно к осени готовлю новый проект «униформу», связанную со здоровым образом жизни вместе с французским другом графиком Lucien Gurbert. Как можно наслаждаться музыкой без последствий и пост-эффектов, из-за которых ты несколько дней или неделю не можешь ничего делать? Когда мы делали модернистскую униформу (речь идет об одежде с принтами модернистских зданий — ред.) с Аней Цыбой (кураторкой Киевской биеннале 2017 и Центра визуальной культуры — ред.) у нас был принт «Київ інноваційний», сейчас я решила запустить униформу «Киев без отходняков». Мы хотим позвать музыкантов из украинской электронной сцены, которые ведут сбалансированный образ жизни, и сделать социальную кампанию. 

Текст: Оксана Семенік

Світлини: Степан Назаров

Nastya Kalita